gototop

Новые статьи

Первый Пленум Всесоюзной секции спортивного рыболовства
  По одному, по двое, небольшими группами сходились рыболовы. Не на рыбную ловлю собирались они, однако волновались не меньше, чем если... Читать далее...
Леонтьев В.В. Этнография и фольклор кереков (раздел "Рыболовство")
Побережье Берингова моря от Анадырского лимана до мыса Олюторский, лагуны и реки изобиловали рыбой. Особенно много рыбы бывало во время... Читать далее...
Санкин Е.В. Обские рыбопромышленные пески Тобольской губернии в XIX – начале XX в.
Рассматривается одна из форм организации рыбопромышленности на севере Тобольской губернии в конце XIX – начале ХХ в. Развитие рыбопромышленности на севере... Читать далее...

Мазуров А. Б. Цепкин Е. А. Рыболовный промысел в XII-XVIII вв.: (по данным раскопок в Коломне)

В настоящей статье рассмотрена происходящая из раскопок в г. Коломне коллекция костных остатков рыб и предметов, связанных с рыболовством, затрагиваются вопросы исторической интерпретации этих находок. Под Коломенским Поочьем понимается прилегающее к Коломне течение р. Оки и низовья Москвы-реки с их системой притоков. Значительный объем остеологического материала и временной диапазон от раннего средневековья до нового времени[1] ставят эту коллекцию в особое положение среди коллекций из других древнерусских городов. К настоящему времени имеются специальные работы по определению видового состава рыб для Москвы, Серенска, Переяславля-Рязанского, Старой Рязани, Пронска, Ярополча, Твери, Новгорода, Пскова и ряда других городов (Лебедев, 1960; Сычевская, 1965; Цепкин, 1981; Панова, Цепкин, 1997). Исследования по рыболовству в Древней Руси принадлежат также А.Д. Горскому (1969) и А.В. Кузе (1988), Е.В. Салминой (1994; 1996) основательно изучено рыболовство древнего Пскова.
С 1989 г. в Коломне проводятся регулярные охранные раскопки, в ходе которых собрана большая коллекция костей рыб, численно превышающая подобные показатели по любому другому пункту (Мазуров, 1998). Целенаправленный сбор костей рыб и чешуи проводился в течение 1990-1995 гг. Костный материал происходит с 13 объектов (в том числе из четырех раскопов), располагающихся как в кремле, так и на посаде средневекового города. Особенно важно отметить присутствие материала из посадских усадеб прибрежной зоны Москвы-реки, жители которых, видимо, занимались рыболовством. В основном собранные образцы происходили из разновременных ям, отрытых в материке (78 образцов), из слоя собрано 67 образцов. Как правило, образцы отбирались вручную при разборке слоя (были представлены как скоплениями, так и единичными костями). Опробована также разборка слоя тоники зачистками по пластам 10 см, что сразу на порядок увеличило количество остеологического материала (особенно чешуи и мелких фрагментов костей).
Впервые о находках средневекового рыболовного инвентаря в Коломне стало известно после раскопок 1935-1936 гг. Н.П. Милонова, когда были найдены рыболовные крючки, остроги вместе с остатками костей рыб. К сожалению, эти коллекции в значительной степени утрачены. В настоящей работе обобщен весь материал по рыболовству, полученный с 1989 по 2000 г. включительно.
С рыболовством связан особый специализированный инвентарь: гарпуны, остроги, стрелы, иглы-челноки, фрагменты сетей, грузила (каменные и керамические), поплавки, блесны, крючки. В Коломне найдены следующие категории находок.
Крючки. Найдено всего четыре экземпляра, один из них – на посаде в развале печи первой половины XIV в. Он не имеет петли для лесы или шнура. Вместо этого поперечные насечки на окончании цевья обеспечивали прочность привязывания лесы. Таким образом, этот крючок должен быть определен как глоточный, предназначенный для ловли крупной рыбы на живца (рис 1, 1). Другой крючок обнаружен в заполнении ямы конца XIV – первой половины XV вв. также в посадской части. Он имеет расплющенное лопаточкой окончание цевья, которое не позволяло узлу лески соскользнуть, и также является глоточным (рис. 1, 2). Крупный крючок XVII в. из раскопок на Соборной площади (рис. 1, 3) предназначен для ловли на живца. Малый крючок вполне современного вида для удочки встречен в подполье постройки, датированной монетами 1710-1730 гг. (рис. 1, 4).
Пешни (предназначены для прорубания лунок во льду). Известны в двух экземплярах, один датируется XVII в., другой – XVIII в. (рис. 1, 5,6). Они свидетельствуют о том, что ловля рыбы проводилась и зимой.
129

alt

Рис. 1. Находки, связанные с рыболовством

С зимним рыболовством мог быть связан и ледоходный шип для человека (единственный за все время раскопок в Коломне), найденный в слое XIV-XV вв.
Кошки для обнаружения и вытягивания сети представлены двумя экземплярами. Одна найдена в переотложенном слое и не имеет определенной даты (рис. 1, 7), а другая происходит из слоя XIX в. (рис. 1, 8).
Грузила – наиболее частая находка из рыболовного инвентаря. Они представлены большим количеством и делятся на две группы: керамические и каменные огрузки.
Керамические грузила исчисляются более чем 180 учтенными экземплярами. Они изготовлены как из сильнообожженных глин (дают цвет от красно-бурого до розовато-красного), так и слабоожелезненных (желтоватого и белого цвета) в технике как восстановительного обжига (имеют серый цвет поверхности), так и окислительного. Цвет грузил, как и их форма и размеры, имеет хронологическое значение. По типам керамические грузила распределяются следующим образом (рис. 2).
I. Сферические – четыре экз. Представлены как сероглиняные, так и красноглиняные экземпляры диаметром 3-4.6 см. Сферические грузила датируются ранним временем. Древнейший экземпляр был встречен в яме ниже уровня замощения 1290 г. и относится к середине – второй половины XIII в., поздние экземпляры датируются XV в.
II. Цилиндрические и слаборасширенные – 11 экз. Представлены в основном удлиненными экземплярами. Древнейшие красноглиняные грузила этого типа встречены в слое второй половины XII в. (рис. 1, 9). Их отличительная черта – малый размер (длина 2.5-4 см) и некоторая аморфность. Грузила XIV-XV вв. имеют длину 5.3-6.5 см при диаметре 2.8-3.4 см, практически все они изготовлены из слабоожелезненных глин и имеют розовый или белый цвет. Варианты оформления окончаний различны (скругленные, усеченно-конические, плоскосрезанные) и не являются хронологически значимыми. Особую разновидность этого типа грузил составляют две находки: красноглиняное грузило в виде правильного цилиндра диаметром 3.7 и высотой 3.2 см, с отверстием диаметром 1.3 см, датирующиеся второй половиной XV – началом XVI вв.[2] и белоглиняное цилиндрическое грузило (3.4 х 3.9 х 1.4-1.5 см, диаметр больше длины) из чистой глины без примесей второй половиной XV-XVI вв.
130
 
alt
 Рис. 2. Типология и хронология рыболовных керамических грузил

III. Овальные (боченковидные) – 164 экз. Подобные грузила – одна из самых распространенных находок. Изготавливались только из белой или желтоватой глины. Тип представляет собой развитие цилиндрических и слаборасширенных грузил. В разрезе всегда имеют форму овала, концы срезаны нитью или ножом. Размеры и пропорции грузил этого типа позволяют говорить о хронологии находок. Грузила XVI в. невелики по размерам (длина 5.2-6.3 при диаметре 3-3.8 см), более изящны и имеют небольшое плавное расширение в средней части. В XVII-XVIII вв., напротив, бытуют укрупненные очень стандартные белоглиняные грузила (длина 4.5-7.4 при диаметре 3.3-5.2 см). Их ранняя группа XVII в. отличается чистым белым тестом и ровной заглаженной поверхностью. В конце XVII-XVIII вв. грузила уже изготавливались более неряшливо, поверхность заглаживалась менее тщательно, часты экземпляры из кремовой и желтоватой глины с частичным пережогом в гончарной печи. В конце XVIII – первой половине XIX в. в керамическое тесто часто добавляли песок, от чего поздние грузила имеют неряшливый вид и шероховатую поверхность.
Все перечисленные варианты рыболовных грузил изготавливались местными коломенскими гончарами. Так, два грузила встречены в предгорновой яме крупного гончарного комплекса второй половины XVII в. по ул. Яна Грунта. На ряде поздних грузил прослежены капли зеленой поливы, которые могли появиться только при их сов-
131

местном обжиге с поливной керамикой. Белоглиняные грузила, по-видимому, продавались в качестве товара на коломенском торгу. Серия грузил (23 экз.) встречена в яме XVIII в. с керамическим боем и детскими игрушками в районе Рыбного ряда коломенского торга. Раскопками изучено подполье одной из лавок Рыбного ряда середины второй половины XVII в. Вместе с комплектом торговых гирь, фрагментом безмена, сечкой для разрубания рыбы, большим количеством рыбьих костей в подполье оказались и шесть грузил. Не исключено, что они продавались уже в составе сетевой снасти.
Существенным кажется то обстоятельство, что ранние грузила по размерам меньше позднесредневековых. Керамическими грузилами скорее всего оснащались сети-волокуши (невода и бредни), так как их форма способствует свободному скольжению по дну. По-видимому, увеличение размеров грузил надо поставить в связь с увеличением размеров сетевых снастей. В конце XVIII-XIX вв. в Коломне появилась самая поздняя разновидность описываемого типа – крупные удлиненные слаборасширенные в средней части грузила из белой глины длиной 8.7-12.4 и диаметром 4.3-5.2 см (среди них встречаются мореные экземпляры).
IV. Грузила в виде параллелепипеда (прямоугольные) (рис. 2,8) отнесены к рыболовным предположительно. Два красноглиняных грузила найдены в комплексе летней поваренной печи XVIII в. Следует отметить, что в комплексах этого типа глиняные рыболовные грузила отмечены дважды.
Технология изготовления керамических грузил. Грузила всех типов лепились из цельного куска глины. Затем проделывалось отверстие или палочкой, или у грузил типа III двумя пальцами (прослежены небольшие участки отпечатков папиллярных узоров и текстуры кожи). Затем отверстие разрабатывалось вращательными движениями. Последней стадией было оформление края отверстий (заглаживанием или срезом). У грузил типа III также дополнительно заглаживалась вся поверхность.
Численное распределение по векам такой массовой категории находок как грузила позволяет сделать вывод о резком увеличении рыболовного промысла горожанами в XVII-XVIII вв. Так, к XII-XIII вв. относятся всего три грузила, к XIV-XV – 11, к XVI – 17, к XVII – первой половине XVIII в. – 58, ко второй половине XVIII – первой половине XIX вв. – 89. Этот вывод подтверждают и другие предметы, связанные с рыболовством. Они в основном имеют позднюю дату.
Каменные и керамические огрузки. Известны в количестве 8 экз. (рис. 1, 10-12). Все они диско- или шайбовидные с центральными отверстием изготовлены из опакового камня или известняка. Имеется один огрузок из днища керамического сосуда XII-XIII вв. По векам распределяются таким образом: XII-XIII вв. – 1 экз.; XV-XVI вв. – 5 экз.; XVII-XVIII вв. – 1 экз.; XIX в. – 1 экз.
Для общей оценки рыболовства важно учесть находки судовых скоб (предназначенных для ластового уплотнения швов лодок – скобы I и главным образом II типа, по А.Е. Дубровину (2000)). На раскопах с большим количеством грузил в синхронных слоях они всегда встречались. Видимо, владельцы дворов держали у себя лодки или, по крайней мере, фурнитуру для них. Иначе говоря, преобладала ловля сетевыми снастями с лодок.
Взятые в целом археологические находки из Коломны, связанные с рыболовством, позволяют сделать интересные выводы. Во-первых, для большинства рядовых горожан рыболовство было эпизодическим занятием. Отсюда следует, что свои потребности в рыбе они удовлетворяли путем покупки товара на торгу. Во-вторых, промысел ориентировался либо на добычу крупных особей крючными снастями, либо на наиболее продуктивный способ лова сетями, в ходе которого фактически «отцеживались» целые участки течения реки.
Остеологическая коллекция и ее интерпретация. Результаты определений остеологического материала представлены в таблице.
Всего определено 639 костей (не считая мелких неопределимых фрагментов костей и чешуи), в том числе до вида 612, до семейства – 27. Анализ по отдельным видам дал следующие результаты.
Наиболее ценные промысловые рыбы – белуга, осетр, шип, севрюга, стерлядь, белорыбица и таймень.
Белуга (Huso huso). Костные остатки ее составляли всего лишь 0.49% общего числа костей, но они принадлежат исключительно крупным особам, длиной от 200 до 250 см. В X-XI вв. белугу промышляли в Оке у Рязани, в XVI в. – у Мурома. Из Оки белуга заходила в Москву-реку, где изредка попадалась в уловах до конца XVI столетия (Цепкин, 1997). В Коломне встречено три экземпляра костей от разных особей – все в слоях XVII – нач. XVIII в.
Осетр (Acipenser queldenstaedti). Костные остатки его составляют 7.48%. Добывался в значительном количестве в Оке. Заходил и в Москву-реку, где попадался в уловах от устья этой реки до г. Москва. Промышляли его здесь до середины XVIII в. (Цепкин, 1997).
Шип (Acipenser nudiventris). Найдена лишь одна кость в слое XV в. По сравнению с другими осетровыми шип в Волге и Ии притоках всегда был очень редок и попадался в уловах единично (Цепкин, 1997).
Севрюга (Acipenser stellatus). Костные ее остатки составляли 15.36% от общего числа костей. Прежде севрюга была весьма широко распространена и довольно многочисленна в бассейне Волги. На протяжении многих веков ее добывали в Оке и притоках. В Москве-реке она встречалась
132

до конца XVI – начала XVII столетий (Цепкин, 1997).
Белорыбица (Stenodus leucichthys leucichthys). Найдена одна кость. Заходя из Волги, белорыбица в прошлом поднималась по Оке довольно высоко. ИЗ притоков Оки обилием белорыбицы славилась р. Клязьма. В Москве-реке ее было меньше и попадалась она в основном в низовьях реки, в Коломенском уезде (Цепкин, 1997). Белорыбица как очень ценная деликатесная рыба входила в XVI-XVII вв. в обязательный ежегодный оброк с одного двора рыболовов с. Дединово – крупнейшего промыслового центра близ Коломны.
Таймень (Hucho taimen). Найдено пять костей в двух комплексах (XV в. и XVII – начале XVIII вв.). В прошлом таймень был распространен в бассейне верхней Волги гораздо шире, чем теперь. Судя по археологическим находкам, в Москве-реке попадался в уловах в V в. до н. э. – XIII в. н. э. (Цепкин, 1997).
Проходные рыбы (белуга, осетр, стерлядь, шип) не были многочисленными в Москве-реке, а заходили в нее из Оки в небольшом количестве и нерегулярно. Сама же Ока, будучи более полноводной, чем Москва-река, в прошлом славилась разнообразными рыбами, в том числе осетровыми: «Эта река, - писал о ней австрийский дипломат при дворе великого князя Василия III (1517 и 1526 гг.) Сигизмунд Герберштейн (1988. С. 138), - особенно знаменита обилием рыбы…, она имеет некоторых особенных рыб, которые на их языке носят следующие названия: белуга – удивительной величины без плавников с огромной головой и пастью, стерлядь, севрюга, осетр – последние три принадлежат к породе стурионов (осетров) и белорыбица, т.е. белая рыбка самого отменного вкуса».
Остальные виды рыб – лещ (Abramis brama), плотва(Rutilus ritilus), карась (Carassius carassius)сазан (Cyprinus carpio),голавль (Leuciseus cephalus), язь(Leuciseus idus), судак(Stizostedion lucioperca), жерех(Aspius aspius), окунь(Perca fluviatilis), сом(Silurus glanis), ерш(Gymnoce – phalus cernuus), щука (Esox licius), налим(Lota lota) – в прошлом были весьма обычными как в Оке, так и в Москве-реке. Встречаются они в бассейне этих рек и поныне.
В описанном наборе отсутствует каспийский лосось, подуст (известные по находкам в средневековых слоях Москвы и Переяславля-Рязанского), уклея (Псков), линь (Перяславль-Рязанский).
Наиболее часто попадались кости леща (почти 20%), севрюги, стерляди и щуки. Бросается в глаза резкое преобладание в рационе жителей Коломны ценных осетровых рыб (суммарно почти 40%). В выборках представлены рыбы, различные по экологии и образу жизни. Это заставляет предполагать, что основными орудиями лова являлись ставные и плавные сети, а также невода. Единич-

Видовой состав рыб, определенный по костным остаткам из культурных слоев XII-XVIII вв.

Объекты промысла
Количество костей
Размеры рыб, см
экземпляров
%
колебание
средние
Лещ
112
18.3
27-68
41
Плотва
39
6.37
18-38
29
Карась
4
0.65
20
20
Сазан
20
3.27
60-75
70
Голавль
16
2.61
33-49
37
Язь
6
0.98
34-40
37
Судак
39
6.37
34-78
54
Жерех
34
5.55
39-53
49
Окунь
14
2.29
17-37
29
Сом
17
2.77
54-300
125
Ерш
3
0.05
10
10
Щука
69
11.27
20-115
56
Налим
4
0.65
37-80
59
Севрюга
94
15.36
100-250
144
Осетр
48
7.84
100-180
137
Стерлядь
83
13.56
39-75
57
Белуга
3
0.49
200-250
220
Белорыбица
1
0.16
90
90
Шип
1
0.16
Таймень
5
0.82
95-1155
105
Семейство карповые
12
Семейство осетровые
15
Итого:
639 (в том числе до вида 612, до семейства 27)
ные находки мелких малоценных ершей связаны именно с попаданием их в мелкоячейные сети или невода. Хищные рыбы (окунь, щука, жерех, судак) попадались как в сети, так и на крючковые снасти (донки, жерлицы). На основании находок крючков можно говорить о ловле хищников способом «на живца». Самая распространенная по всем водоемам рыба (щука) представлена трех-, четырехлетними небольшими экземплярами длиной около полуметра. Крупных хищников (более метра) могли бить острогами (сом, средняя длина 125 см). Другие хищники невелики по размерам – в пределах 29-60 см. Скорее всего эти особи пойманы в невод или сеть. Таким же способом ловились и карповые (плотва, лещ, голавль, карась, язь). Их размеры также незначительны – от 20 до 40 см. Предполагается и применение ловушек типа верш (морд). Присутствие единичных костей налима –
133

alt
Рис. 3. Хронологическое распределение остеологического материала и наиболее
массовых находок, связанных с рыболовством – керамических грузил.

рыбы со своеобразным образом жизни, позволяет заключить, что летом его ловили вручную под корягами, а в начале зимы – способом глушения колотушками по тонкому льду во время нереста.
Стоит обратить внимание на стандартизацию размеров рыб, особенно ценных. Так, стерлядь – рыба с нежным и вкусным мясом, максимальных потребительских качеств достигает при размерах 50-60 см. Именно такие параметры характерны для реконструируемых особей из культурного слоя Коломны. Крупные русские осетры и севрюги также очень стандартны – в пределах 100-180 см. Лов крупных осетровых рыб требовал применения специализированных крупноячейных прочных сетей. Учитывая крайнюю недолговечность средневековых сетей, изготовлявшихся из волокон (крапивы, конопли, льна), и принимая во внимание стандартизацию размеров осетровых, можно предполагать существование в районе Коломны специализированных промысловых артелей. Стандартные, наиболее товарные особи рыбы отбирались для продажи на местном торгу.
Хронологические особенности коллекции заключаются в том, что в ней не обнаруживается линейной зависимости (непрерывного роста или, наоборот, уменьшения потребления рыбы). По укрупненным периодам определенные образцы распределяют таким образом: X-XI вв. (догородской период) – 0.5%; XII-XIII вв. (домонгольский период) – 13%; XIV-XV вв. (раннемосковский период) – 52.25% (при этом 2/3 образцов относятся к XV в.); XVI-XVII вв. (Московское царство) – 25.25%; XVIII в. – 9%.
Таким образом, пик потребления рыбы пришелся на XIV-XV вв. Это парадоксальное заключение требует объяснения. Здесь лишь отметим, что указанное обстоятельство не может быть следствием особенностей отложения культурного слоя, так как изучено значительное число объектов, в которых представлены артефакты и сооружения всех периодов.
Важны и топографические особенности коллекции костных остатков рыб. В кремле малоценная рыбная «мелочь» в целом очень незначительна, зато здесь резко выделяются осетровые, употреблявшиеся в первую очередь социальной верхушкой города. Насыщенность предметами, связанными с рыболовством, костями и чешуей рыб в прибрежной части посада (порт Коломна, работы 1991-1992 и 2000 г.г.), вероятно, связана с особым значением промысла для этого района, обусловленным близостью реки. В то же время это не были специализированные дворы рыболовов, так как зафиксированы выраженные следы ремесленной деятельности (обработка цветного металла и кости). Таким образом, в Коломне не открыты следы специализированного промысла, рыболовство для горожан находилось в сфере подсобных занятий.
При сопоставлении вещевой коллекции, связанной с рыболовством, и остеологического материала мы сталкиваемся с существенным противоречием. Хронологическое распределение наиболее массовых орудий лова (керамических грузил от сетей) демонстрирует обратно пропорциональную зависимость от хронологического распределения определимых образцов рыб. Таким образом, становится очевидным, что значительная часть рыб, кости которых найдены в кремле и на посаде г. Коломны, поймана не при помощи снастей, найденных тут при раскопках. Если мы вспомним предположение о специализированном промысле осетровых рыб, основанное на анализе их реконструируемых размеров, то объяснение описанной ситуации надо искать в существовании специализированных последний в округе Коломны.
Письменные источники о рыболовном промысле. Первые свидетельства письменных источ-
134

ников о рыбном промысле относятся лишь к XVI в. Они ретроспективно подтверждают сделанные выше предположения о ранней специализации в рыбодобыче. Писцовая книга 1577/78 гг. отметила близ Коломны дер. Рыболовскую (или, по-другому, Рыболовскую слободку), запустевшую к моменту описания. Локализовать этот пункт помогают материалы Генерального межевания (рис. 4). Рыболовская слободка находилась чуть выше Старо-Голутвина монастыря по течению Москвы-реки, близ ее устья (Мазуров, 2001). В среднем течении Москвы-реки на территории коломенского Песоченского стана (в XIV-XV вв. волость Песочна) располагалось с. Рыболово, название которого также позволяет связать его с промыслом. Но ведующая роль, сущя по источникам, принадлежала дворцовому селу Дединову[3], которое впервые упоминается в 1498 г. Село располагалось на самом пограничье Московского и Рязанского княжеств, недалеко от устья р. Цны, на правом берегу последней. Недавно опубликован важный акт, позволяющий прямо говорить о достаточно ранней связи сел Рыболова и Дединова с дворцовым рыболовным промыслом (до этого первое документальное подтверждение его относилось к 1536 г.) (Шаблин, Кочетков, 1996). 23 апреля 1516 г. Василий III выдал жалованную кормленую грамоту Василию Яковлевичу Демьянову на городской стольничий путь в Коломне селами Дедново и Ряблово[4] Коломенского уезда и особой пошлиной (поворотным) в самом городе (Акты…, 1997, № 83). Хорошо известно, что рыболовный промысел находился в ведомстве именно стольничего пути, поскольку имел прямое отношение к обеспечению съестными припасами княжеского хозяйства. Между тем известно, что оформленные отрасли последнего («пути») сложились в Коломне в начале княжения Василия I, между 1389 и 1406/1407 гг. (Мазуров, 2001). Есть все основания полагать, что уже в это время в составе стольничего пути имелись княжеские рыболовы. В 1536 г. правительство Елены Глинской выдало от имени малолетнего великого князя Ивана IV дединовским рыболовам первую известную жалованную грамоту, определившую их статус. В конце XVI в. они имели монопольные права на огромные промысловые угодья. Рыбу ловили «в Оке и во Цне, а Цною рекою вверх по речку по Жабку, да от ценского устья вверх Окою рекою по Москву реку по устью, да Москвою рекою вверх по речку по Мерску, да от Московского устья вверх Окою рекою по речку по Каширку, а от Каширского устья вверх Окою рекою по речку по Нару, да от Нары реки вверх Окою рекою до Угры и до Опакова городища» (цит. по: Шаблин, Кочетков, 1996). Последняя из этих границ отстояла от Дединова на десятки верст, а первая всего на четыре версты. То есть само село находилось отнюдь не в центре своих рыбных угодий, что экономически плохо объяснимо и может быть связано исключительно с политическими факторами. География пожалования представляет большой интерес (рис. 4, врезка).
Во-первых, вряд ли можно сомневаться, что первоначально промысел дединовцами велся в границах коломенского удела московских князей XIV-XV вв. Также вполне оправданно предположение, что при Иване IV произошло простое закрепление эксплуатировавшейся и ранее территории. Но описанные его границы могут дать хронологические указания на момент резкого ее расширения. Нижняя граница четко совпадала с рубежом Московского и Рязанского княжеств. Она была установлена в 1381 г. и просуществовала до момента присоединения последнего в 1521 г. Таким образом, пожалование в упомянутых границах должно датироваться не позднее 1521 г. Но какова же его наиболее ранняя возможная дата? Формирование окского рубежа шло постепенно. К 1392-1402 гг. все описанное в грамоте левобережье Оки и участок левого берега Угры находились в составе Московского княжества (Московский летописный свод…, 1949. С. 219; Черепнин, 1948. С. 83). Но пожалование не могло состояться, пока по Оке имелись уделы, в частности серпуховской. В 1456 г. он был ликвидирован. В руках Василия II все течение Оки от устья Угры до устья Цны находилось в 1456-1462 гг. Только в этот период он мог закрепить за дединовскими рыболовами громадный участок течения Оки. После 1462 г. разная владельческая принадлежность не давала возможности осуществить такое пожалование. Лишь в 1490 г. Иван III ликвидировал все уделы, кроме волоцкого, и до 1505 г. также мог пожаловать новые обширные промысловые территории[5]. После 1505 г. земли по Оке вновь стали принадлежать разным удельным князьям. Таким образом, закрепление за дединовскими рыболовами крупного отрезка р. Оки возможно отнести к двум промежуткам – 1456-1462 гг. либо 1490-1505 гг., но явно предпочтительнее более поздний интервал. В подтверждение наших
135
 
mazur4.jpg
 Рис. 4. Промысловые территории в Коломенском Поочье и нижнем течении
Москвы-реки в XV и XVI (врезка) веках

предположений можно привести и такой аргумент. По течению Оки в конце XIV-XV вв. в основном проходила граница Московского и Рязанского княжеств, регламентирующаяся междукняжескими докончаниями (договорами). Резонно предположить, что представление столь обширных угодий должно было отразиться в последнем типа документов. Действительно, в московско-рязанском договоре от 19 августа 1496 г. упоминается «рыбная ловля» в великом княжении Ивана III (Духовные и договорные грамоты…, 1950. С. 334). Ранее, в докончаниях 1381, 1402, 1434, 1447, 1483 гг. это упоминание отсутствовало. Иначе говоря, становление огромных хозяйственных угодий и время их пожалования дединовским рыболовам можно достаточно уверенно датировать промежутком между 1483 и 1496 гг.
Во-вторых, методом исключения можно установить промысловые угодья с. Рыболово (рис. 4). Они включали в себя часть среднего течения Москвы-реки от устья р. Мерской (современная р. Нерская) и выше до устья р. Пахры в пределах Песочинского, Брашевского, Деревенского и участка Большого Микулина стана Коломенского уезда, а также Жданского и Лужецкого станов Московского уезда. Кому же они принадлежали и когда сформировались? От устья р. Пахры по устья р. Нерской в середине XV в. шла непрерывная цепочка сел (Мячково, Лодыгинское – современное Софьино?, Велино, Кривцово, Тяжина, Бронниче, Фаустов, Марчуги и др.)[6], принадлежащих супруге Василия II Софье Витовтовне (Духовные и договорыне грамоты…, 1950. № 57. С. 176) (рис. 4). Относительно села Рыболово судить о за-
136

рождении промысла позволяют актовые материалы. В духовной грамоте 1451 г. великая княгиня Софья Витовтовна завещала своему любимому внуку Юрию некие «рыболовли деревни» близ сел. Тяжино и Фаустово. В числе этих деревень, несомненно, было и Рыболово (селом оно стало позднее). Думать так позволяет близкое соседство с ним упомянутого с. Фаустово, а также еще одного владения Софьи – с. Марчуги, завещанного также Юрию Васильевичу (рис. 4). В этой связи важно отметить, что Рыболовская слободка (д. Рыболовская) рядом с г. Коломной располагалась в непосредственной близости от с. Боброво-Софьино, топонимическая связь которого с Софьей Витовтовной весьма вероятна. В 3 км от с. Тяжино на левом берегу Москвы-реки в XVI-XVII вв. существовало и с. Рыбушкино (Рыбушка) (Веселовский, Перцов, 1993) (рис. 4). Весьма вероятно, что и оно входило в число «рыболовлих деревень». Обширное хозяйство Софьи Витовтовны в Коломенском уделе возникло во второй четверти XV в. (Мазуров, 2001). В это же время она обзавелась рыбными ловлями в среднем течении Москвы-реки от устья Пахры до устья Нерской. Таким, образом, намечаются древнейшие промысловые границы XV в. в рамках Коломенского удела. После смерти Юрия Васильевича в 1472 г. эти ловли отошли Ивану Молодому, а от того в 1490 г. – Ивану III.
Специфика рыболовного промысла состояла в том, что только небольшую часть своей добычи рыболовы отдавали князю (Бахрушин, 1954), остальное же оставалось в их распоряжении и, надо думать, выбрасывалось на рынок. Именно становлением дворцового рыболовства в конце XIV-XV вв. надо объяснять констатированный выше экстремум находок рыбных останков в слоях XIV-XV вв. Эти находки связаны с реализацией на коломенском торгу продуктов промысла великокняжеских рыболовов. Снижение потребления рыбы в XVI-XVII вв. может быть объяснено как увеличением поставок для резко увеличившегося царского двора, так и запустением и обезлюдением Коломны в конце правления Ивана Грозного и после Смуты. Кризис сбыта привел к тому, что дединовцы в XVII в. развернули масштабную активную торговлю и в других городах – Москве, Белеве и др., что также может объяснить относительное уменьшение потребления рыбы в Коломне и активизацию ее промысла коломенскими горожанами (отмечаемое находками керамических грузил).
Основные выводы.
1. Крупная коллекция из Коломны по количеству определенных костей рыб и видовому разнообразию (20 видов) имеет особое значение для экологических реконструкций бассейна Оки и Москвы-реки в средневековье. С разрывом в пять столетий она хронологически продолжает интересную коллекцию Дьякова городища раннего железного века (V в. до н.э. – VII в. н.э.) (Кренке, Цепкин, 1991) и существенно дополняет средневековые находки из Москвы и Переяславля-Рязанского. Находки в Коломне, в частности, дали возможность уточнить время исчезновения тайменя. Его остатки есть на Дьякове городище, в средневековой Москве наиболее поздние датируются до XV в. (Панова, Цепкин, 1997. С. 69), а в Коломне сделаны в слоях XV в. и XVII – начала XVIII в. Принимая во внимание, что описания конца XVIII в. уже не знают этой рыбы (Рахилин, 1997), надо заключить, что таймень в Москве-реке исчез к XV-XVI вв., а в Оке еще продолжал встречаться до начала XVIII в.
2. Несоответствие хронологического распределения определенных образцов рыбьих костей и наиболее массовой категории рыболовного инвентаря – керамических грузил – позволяет прийти к выводу что значительная часть рыбы в XIV-XV вв. была куплена на коломенском торгу и представляла собой продукцию промысла великокняжеских рыболовов. Несомненно, что с этого времени обеспечение рыбой коломенских горожан оказалось в руках дединовских великокняжеских рыболовов, что позволяет удревнить существование этого промысла по меньшей мере до рубежа XIV-XV вв. Лишь во второй половине XVIII в. в связи с упадком промысла (дворцовые рыболовецкие села были розданы частным владельцам) в Коломне начали реализовывать рыбу, закупленную в Астрахани, Царицыне и Саратове (Шаблин, Мазуров, 1998). На протяжении всего исследуемого временного отрезка (XII-XVIII вв.) рыболовство являлось лишь подсобным занятием коломенцев, потребности в рыбе в основном удовлетворялись путем покупок на торгу.
3. Ретроспективное изучение письменных источников в связи с изученной коллекцией позволило реконструировать начальные этапы становления великокняжеского рыбного промысла, опиравшегося на специализированные поселения рыболовов. Резкий рост потребления рыбы коломенскими горожанами в XIV-XV вв. связан со становлением стольничего пути великокняжеского хозяйства (отраслью которого и было рыболовство для княжеских нужд) в Коломне в последние годы XIV – первые годы XV вв. Во второй четверти XV в. свободные прежде рыболовные угодья в среднем течении Москвы-реки стала осваивать великая княгиня Софья Витовтовна. Возникало параллельное великокняжескому и не пересекавшееся с ним обширное рыболовное хозяйство из нескольких «рыболовлих деревень» (в их числе Рыболово и Рыбушкино) великой княгини. Какое-то время (1453-1472 гг.) ими владел Юрий Васильевич Дмитровский. С 1490 г. все рыболовное хозяйство Коломенского уезда сосредоточилось в руках великого князя Ивана III. В последние годы прав-
137

ления Ивана III дединовские рыболовы путем великокняжеского пожалования резко расширили свою промысловую территорию по Оке. Она охватывала не только Коломенский уезд, но и огромный отрезок вверх по Оке до впадения р. Угры.
Предпринятое исследование позволило уловить некоторые существенные черты экономического механизма великокняжеского хозяйства раннего времени: захват свободных территорией для устройства промысла Софьей; патронаж великого князя над своими рыболовами, выразившийся в предоставлении им обширных угодий на каком-то этапе; реализация значительной части промысловой продукции на торгу ближайшего крупного городского центра.
 
Работа выполнена в рамках проекта № 01-01-00186а «Археология Коломны», поддержанного РГНФ.

[1] К концу XVIII в. относятся первые очень подробные сведения об ихтиофауне Московской губернии, содержащиеся в статистических описаниях ее уездов (РГВИА). В них содержатся данные о 25 видах рыб, обитавших в водоемах региона (Рахилин, 1997). Материалы раскопок дают вполне сопоставимые по репрезентативности данные по предшествующему периоду.
[2] Фрагмент грузила подобного типа встречен также в слое XV-XVI вв. на селище Корабчеево близ Коломны.
[3] Позднее особый юридический статус дворцовых рыбаков (ловцов) был предоставлен крестьянам соседних с Дединовым окских сел – Любичи, Ловцы, Белоомут, Сельцы и др.
[4] Подлинный акт сгорел в московском пожаре 1626 г., он дошел в «давнем» дефектном списке, который передал названия сел в испорченном виде. Это, конечно же, села Дединово и Рыболово.
[5] В этой связи интерес представляет упомянутый (но не сохранившийся) в описи архива Посольского приказа 1626 г. документ: «2 грамоты, на одном столбце большие александрейские бумаги, великого князя Ивана Васильевича всеа Руси, жаловальные тонником, а какие тонники, того в грамоте не объявилося, а дана им жаловальная грамота в доходех, а году не написано (Духовные и договорные грамоты…, 1950. С. 466). Тонники – это рыболовы (от слова «тоня» - участок проходки неводом артелью). Возможно, эти документы имели прямое отношение к дединовским рыболовам.
[6] Почти все эти села с минимальными вариациями названий сохранились до наших дней и без труда отыскиваются на современных картах.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Акты служения землевладельцев XV – начала XVII в. Т. 1. М., 1997.
Бахрушин С.В. Княжеское хозяйство в XV и первой половине XVI в. // Бахрушин С.В. Избранные труды. Т. II. М., 1954.
Веселовский С.Б., Перцов В.Н. Исторические карты Подмосковья // История сел и деревень Подмосковья XIV-XV вв. Вып. 4. М., 1993.
Герберштейн Сигизмунд. Записки о Московии, М., 1988.
Горский А.Д. Сельское хозяйство и промыслы // Очерки русской культуры XIII-XV веков. Ч. 1. Материальная культура. М., 1969.
Дубровин Г.Е. Методика ластового уплотнения швов в средневековом новгородском судостроении // РА. 2000. № 2.
Духовные и договорные грамоты великих московских и удельных князей XIV-XVI вв. М.; Л., 1950.
Кренке, Н.А., Цепкин Е.А. Рыболовство на Москве-реке с V в. до н.э. по VII в. н.э. // СА. 1991. № 1.
Куза А.В. Рыболовство // Древняя Русь: Город, замок, село. Археология СССР. М., 1998.
Лебедев В.Д. Пресноводная четвертичная ихтиофауна европейской части СССР. М., 1960.
Мазуров А.Б. Основные итоги и перспективы археологического изучения Коломны // РА. 1998. № 1.
Мазуров А.Б. Средневековая Коломна в XIV – первой трети XVI вв.: Комплексное исследование региональных аспектов становления единого Русского государства. М., 2001.
Московский летописный свод конца XV в. // ПСРЛ. 1949. Т. XXV.
Панова Т.Д., Цепкин Е.А. Рыбный стол москвичей // Наука в России. 1997. № 1.
Рахилин В.К. Ихтиофауна Московского региона XVIII в. и ее изменение во времени // История изучения, использования и охраны природных ресурсов Москвы и Московского региона. М., 1997.
Салмина Е.В. Рыболовный инвентарь из раскопок Пскова (классификация находок и способов ловли) // Археологическое изучение Пскова. Вып. 3. Псков, 1996.
Сычевская Е.К. Рыбы древнего Новгорода // СА. 1965. № 1.
Черепнин Л.В. Русские феодальные архивы. Т. 1. М., Л., 1948.
Цепкин Е.А. Об изменении видового состава промысловой ихтиофауны бассейна Оки в позднем голоцене // Бюл. Моск. о-ва испытателей природы. Отд. Биологии. Т. 86. Вып. 2. М., 1981.
Цепкин Е.А. Промысловые рыбы Москвы-реки (по археологическим материалам) // Вопросы ихтиологии. 1997. Т. 37. № 6.
Шаблин А.А., Кочетков С.А. Дединово – село морское. Рязань, 1996.
Шаблин А.А., Мазуров А.Б. Рыболовные промысел в Коломенском Поочье в XII-XVIII вв. // Материалы для энциклопедии «Коломенский край». Вып. 4. Коломна, 1998.
 
Fishing in the Kolomna district of the River Oka basin in the 12th – the 18th cc.
A.B. Mazurov, E.A. Tsepkin
Summary
The paper is devoted to the analysis of the large archeological collection concerning fishing, which originates from the excavations in the town Kolomna in the seasons of 1989-2000. It includes the fragments of fishing tackles (hooks, ice-picks, ice-calk, drsags, pottery and stone netweights) and numerous osteological materials – fish remains dated back to the 12th – the 18th cc. Species over 600 bones have been identified, 20 species of food fish being established. This is the largest repertiore of food fish ever discovered at ancient town of North-East Rus’. The Time of disappearence of certain species in the Moskva River basin, such as taimen (Hucho) has been established. The statististical and chronological study of the collection has made it possible to conclude that in the 14th – the 15th cc. In the Kolomna vicinities there existed specialised settlements of fishers, that were the property of the Great prince of Moscow. The Written sources concerning the formation of special palace fishing are considered; proceeding from these data the authors suggest the reconstruction of trade grounds.
138


ПУБЛИКАЦИЯ: Мазуров А. Б. Цепкин Е. А. Рыболовный промысел в XII-XVIII вв.: (по данным раскопок в Коломне) // Российская археология. 2003. № 4. С. 129-138.
 
 
Поделиться:
Обсудить в форуме
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.

Публикации

Кильдюшевский В.И. Рыболовные принадлежности из раскопок древнего Орешка
В 1968—1970 гг. на острове, расположенном у истока р. Невы... Читать далее...

Публикации

Ямсков А.Н., Власкина Т.Ю. Рыболовецкие сообщества и традиционное рыболовство на казачьем юге России
Ключевые слова: рыболовство, рыболовецкие сообщества, этнография хозяйства, казаки, заселение южной... Читать далее...

Публикации

Анфимов Н.В. Рыбный промысел у меотов
В эпоху раннего железа меотские племена являлись основным на­селением бассейна... Читать дальее...
Вы находитесь здесь: