gototop

Новые статьи

Усачева В.В. Название рыбы "Coregonus albula L. европейская ряпушка" в славянских языках
    Рыба CoregonusalbulaL. европейская или балтийская ряпушка — самая маленькая из европейских сигов (род Coregonus, семейство Salmonidae). Она населяет озера балтийского... Читать далее...
Герд А.С. Севернорусские названия рыб и некоторые вопросы этнической истории Русского Севера и Северо-Запада
  Источники доклада: книга Г. У. Линдберга и А. С. Герда. Словарь названий пресноводных рыб СССР (рукопись. Ихтиологической комиссии ЗИН АН... Читать далее...
Браим И.Н., Кожан И.В. Рыболовство (в кн.: Полесье. Материальная культура)
Наличие большого количества водоемов, богатых рыбой, обусловливало распространение с древних времен среди населения Полесья рыболовства. Об этом свидетельствуют археологические исследования... Читать далее...

Мамаева С.В. Национализация рыбной промышленности в нижневолжском крае в годы военного коммунизма (1918-1920 гг.)

The article is devoted to economic policy of the Soviet government in 1918–1920. Subsequently this politics began to name military communism.
 
В августе 1914 г. началась Первая мировая война. Длительная, малоуспешная для России, она остановила реформы, истощила силы страны. За годы войны в России было мобилизовано до 15 млн. человек, то есть почти 10 % населения[1]. Уход молодых, здоровых мужчин в армию привел к сокращению посевных площадей, уменьшению запасов хлеба и других видов продовольствия. Перевод промышленности на обеспечение нужд войны сократил рынок потребительских товаров.
Все это имело прямое отношение к рыбной промышленности Нижнего Поволжья. Здесь резко сокращались уловы. Так, например, общий улов рыбы в Волго-Каспийском бассейне упал с 290322 т в 1914 г. до 178000 т в 1916 г. Число ловцов тоже заметно сократилось. К.А. Кисилевич рисует следующую картину ловецкого промысла Волго-Каспия в период войны: «Морские посуды остались без хозяев, приходили в негодность, паруса изорвались, такелаж изветшал, сбруя износилась и не возобновлялась ввиду отсутствия средств и материалов. Поэтому морской лов совершенно пал и частично перешел в реку»[2].
В октябре 1917 г. большевики, при поддержке рабочих и солдат, совершили вооруженное восстание, в результате которого захватили политическую власть в стране. Второй съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, открывшийся вечером 25 октября 1917 г., провозгласил переход власти к Советам в центре и на местах, утвердил написанные Лениным Декреты о мире и земле.
Согласно декрету II Всероссийского съезда Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов «О земле» и декрету ВЦИК от 27 января 1918 г., частная собственность на воды отменялась, и водные угодья передавались в исключительное распоряжение Советской власти[3].
Гражданская война и надвигавшаяся угроза голода поставили перед молодой советской республикой и большевистской партией задачу национализации рыбной промышленности.
Декрет I Астраханского губернского съезда Советов, который состоялся в феврале 1918 г., ликвидируя частную собственность на воды и рыбные промыслы, допускал еще инициативу частного капитала. Местные Советы не располагали финансовой базой и организационно не были еще готовы к тому, чтобы полностью взять в свои руки рыбный промысел. Аппарат учета и контроля был очень слабым. Хотя большевистское руководство Советов, выполняя решение центра, предлагало приступить к немедленной национализации, меньшевики и эсеры призывали к осторожности. Депутат Баданов, в частности, говорил: «Я боюсь социализации промыслов только потому, что считаю трудовой народ не вполне зрелым для самостоятельной работы»[4]. Делегаты понимали, что национализация вод и рыбных промыслов, переустройство рыбодобывающей и рыбообрабатывающей промышленности потребует значительных усилий, коренной ломки сложившейся экономики, и что проводить национализацию надо осторожно и постепенно. Поэтому они решили «текущую весну 1918 г. считать временем переходным»[5], и, следовательно, те рыбные промыслы, которые не сумеют освоить местные Советы, кооперативные товарищества и артели, должны временно оставаться у прежних рыбопромышленников и работать под контролем фабрично-заводских комитетов и губсовнархоза.
Съезд Советов учел в своих решениях интересы ловецкого населения. В резолюциях съезда было записано: «…считать ловцов, если они работают сами, рабочими и распространить на них страхование»[6]. Учитывая, что ловцы из отдаленных сел не
58
имели возможности самостоятельно вывозить свой улов, съезд предоставлял скупщикам право заключать договоры с местными комитетами, но держать скупку под контролем и ограничивать прибыль скупщиков. Была принята резолюция, которая разрешала ловцам повсеместно устраивать станья и производить посол рыбы, добытой собственным трудом, в населенных пунктах – во дворах, ямах, кадках и т.д. Делегат Петров высказался против такого решения, считая, что товар местного посола будет некачественным, но делегат Романенко возразил: «Если мы не допустим посола рыбы на дому, то много рыбы просто погибнет, ибо ловцу некуда будет ее деть»[7].
Таким образом, съезд на местном уровне решил самые насущные проблемы рыбной промышленности края.
Стремясь использовать знания и опыт рыбопромышленников, Астраханский Совнарком оставил у владельцев ряд артелей и товариществ, согласившихся работать под контролем Советов. Однако рыбопромышленники, учитывая, что Советской властью еще не создано достаточного количества организаций, артелей, товариществ, которые могли бы все промыслы пустить в дело, 24 марта 1918 г. обратились в СНК Астраханского края с письмом, в котором сообщали, что губисполком отказал им в кредите в 250 млн руб., а своих капиталов у них нет. Поэтому пустить в ход свои промыслы в весеннюю путину 1918 г. они не смогут.
В ответ на это заявление СНК Астраханского края 25 марта 1918 г. принял постановление о полной национализации рыбных промыслов. 17 местным Советам и 571 артельно-кооперативной организации передавалось 665 рыбопромышленных предприятий, 117 паровых моторных судов и 41 единица парусного флота. Кроме того, в ведение вновь созданного Краевого банка перешло 11 фирм с 37 отдельными предприятиями[8]. Национализация коснулась ряда других отраслей, связанных с рыбной промышленностью: местного флота, бондарных предприятий, баскунчакской солепромышленности.
Одновременно комиссар А.И. Крупнов отменил решение февральского съезда Советов относительно домашнего посола рыбы. Теперь, по его распоряжению, ловцам разрешалось солить рыбу на дому, на рыбницах и других посудах только для собственного употребления, а не для сдачи промышленным организациям. Мотивировалось это тем, что ловцы на местах не смогут качественно приготовить рыбный товар с соблюдением всех санитарных правил, упоминалось об опасности холеры, а также борьбе со спекуляцией[9]. Действительно, после февраля 1918 г. ловцы заполнили рынок многочисленной некачественной продукцией. Но согласно распоряжению Крупнова, они теряли возможность заработка и должны были идти на сотрудничество с национализированной промышленностью.
Несмотря на все усилия новой власти, весной 1918 г. работало в общей сложности только 713 предприятий (рыбных промыслов, рыбозаводов, фабрик, холодильников). На них трудилось около 40 тыс. рабочих. Рыбных товаров было произведено в два раза меньше, чем в 1917 г.[10]
В течение всего 1918 г. шла национализация промыслов, о чем регулярно сообщалось в местных газетах. Например, «Известия Астраханского Совета рабочих, солдатских, крестьянских и ловецких депутатов» печатали протоколы заседаний СНК Астраханского края, в том числе пункты, которые касались национализации промыслов и других рыбных предприятий. 9 июня газета опубликовала следующую выписку из протокола № 30 заседания от 4 июня 1918 г.: «О национализации промыслов бывших Акционерных Обществ Братьев Сапожниковых: Оранжерейный, Тумакский, Буранный, Торбеевский и Болдинский с 2 заводами, находящиеся в аренде кооперативного товарищества бывших служащих (до 1000 чел.), объявить национализированными и передать их в ведение Народного Банка, которому финансировать эти промысла. Предписать Народному Банку промысла Оранжерейный и Тумакский, которые настолько хорошо оборудованы, что могут считаться образцово-показательными, сохранить в полной неприкосновенности, для чего предпринять все необходимые меры»[11].
59
Для промыслов, которые находились в ведении Народного банка, то есть уже национализированных, весной 1918 г. было выделено 6 млн руб. общегосударственными знаками и столько же местными бонами. Были и дополнительные, более мелкие ассигнования на рыбную промышленность[12].
В октябре 1918 г. были национализированы холодильники, принадлежавшие акционерным обществам «Унион» и «Астраханский холодильник»[13].
Осенью 1918 г. рабочие промыслов начали бороться с саботажем рыбопромышленников, которые, по понятным причинам, не собирались сотрудничать с советской властью, саботировали ее решения и всячески запутывали дело. Большого размаха эта борьба достигла на рыбных промыслах крупнейшего капиталиста Астрахани Д.Г. Агабабова. Его фирма существовала на Волго-Каспии более ста лет. Уже в июне 1918 г. рабочие этой фирмы писали, что промыслы идут к полному развалу. Чтобы сорвать лов и заготовку рыбы, надзиратели промыслов Агабабова назначили самые низкие цены на прием рыбы. Рабочие контрольные комиссии обнаружили 300 рыбопромысловых судов и огромное количество рыболовных товаров, укрытых от национализации[14]. Крупные рыбопромышленники Исаев, Пигеев, Шашин, Солдатов на своих промыслах разрушали орудия лова, выводили из строя рыболовный и промысловый флот, тысячами пудов гноили рыбу[15].
В начале декабря 1918 г. в Астрахани открылась Первая губернская партийная конференция, которая потребовала от губкома РКП(б) приступить к практическому осуществлению национализации всей рыбной промышленности. До конца 1918 г. было национализировано около 300 крупных рыбных промыслов и заведений, 159 паровых и моторных судов рыбопромыслового флота[16].
В 1919 г. рыболовецкие районы Волго-Каспия были затронуты боевыми действиями. Многие ловцы и промысловые рабочие, покинув свои хозяйства, приняли в них участие. Весной 1919 г. функционировало лишь 900 промыслов из 1200 довоенных, на которых работало 24327 человек, менее 30 % от необходимой численности[17].
Находившийся в Астрахани С.М. Киров в начале 1919 г. завершает национализацию частных банков, организует финансирование рыбодобычи, подбирает кадры хозяйственных руководителей и создает Областное управление по рыболовству и рыбной промышленности. В ведение Астраханской Областьрыбы отошел обширный район рыболовных вод от Владимировки и до моря с дельтой Волги и берегами Каспия на восток до Забрунья и на запад до Суэткинской косы. Из всех рыболовных вод Каспия этот район был самым богатым как по улову, так и по объемам рыбообрабатывающей промышленности[18].
Областное управление рыбной промышленности национализировало 1113 рыбных промыслов и ловецких станьев, но из них могли приступить к работе только 443. Из 16 шаланд вышли на путину только 10. Следы тяжелой разрухи вынудили Область рыбу закрыть 670 рыбных предприятий, а из 500 пригодных тоней весной 1919 г. использовались только 172[19]. Уловы 1919 г. были низкими – 153 тыс. т – и соответствовали уровню 60-х гг. ХIХ в. Сказывалась Гражданская война и захват части территории губернии белыми войсками[20].
Но главные причины заключались в неумелой организации государственного лова, который был основан на принудительном труде и насильственных трудмобилизациях. На национализированных промыслах плохо была организована система производства и оплаты труда. До национализации рыбных промыслов каждая работница должна была обработать за смену 5000 рыб; все, что она делала сверх этого, оплачивалось отдельно. В результате женщины стремились сделать за смену как можно больше «без всякого принуждения со стороны промысловой администрации»[21]. Новая власть изменила эту систему. Задание по обработке 5000 рыб за смену осталось и так же возлагалось на всю артель, а вот плата как за выполненную норму, так и за ее перевыполнение была уравнена. Теперь она распределялась поровну среди работниц, «не считаясь ни с их индивидуальными способностями, ни с производительностью их труда»[22]. В результате даже хорошие работницы, ранее обрабатывавшие до 8000 рыб за смену,
60
Стали работать, оглядываясь назад, «как бы не переработать лишнюю сотню рыб». Исчез материальный стимул, и в результате упала производительность труда.
Значительный урон рыбной промышленности нанесла осуществляемая большевиками политика военного коммунизма. В ее основе лежала утопическая идея скорейшего построения коммунистического общества. Основными чертами политики военного коммунизма в рыбной отрасли были: отмена частной собственности на промысловые воды; национализация всех рыбных промыслов, рыболовного флота и рыбоперерабатывающих предприятий; насильственное объединение ловецкого населения в коммуны; объявление наиболее экономически сильных ловцов – морских ловцов-стоечников – кулаками и борьба с ними; полное изъятие уловов государством в качестве продразверстки; насильственные трудмобилизации крестьян на рыбные промыслы, уравнительная оплата труда.
Положение, в котором оказалась рыбная промышленность Волго-Каспия к 1921 г., показало, что политика военного коммунизма, проводимая руководством РКП(б), вовлекла отрасль в глубокий экономический кризис. До нищеты было доведено ловецкое население, являвшееся основным добытчиком рыбы в Волго-Каспийском бассейне. Все ухудшающееся материальное положение, усугубленное голодом 1921 г., подталкивало население к массовым протестам, что в конце концов вынудило руководство РКП(б) произвести замену политики военного коммунизма на новую экономическую политику.


[1] Россия в мировой цивилизации. Курс лекций / Под ред. А.А. Радугина. М., 1998. С. 220.
[2] Кисилевич К.А. К вопросу о восстановлении ловецкого хозяйства // Наш край. 1924. № 1. С. 16.
[3] Собрание Узаконений и Распоряжений Рабочего и Крестьянского правительства. 1917. № 1. С. 3.
[4] Известия Астраханского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. 1918. 8 марта.
[5] Астраханское рыболовство. 1918. № 1–2. С. 11.
[6] Известия Астраханского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. 1918. 28 марта.
[7] Ишин В.В. Исторический опыт партийно-государственного руководства рыбной промышленностью Российской Федерации 1918–1991 гг. М., 2001. С. 18.
[8] Труды II Съезда Советов Астраханского края. Из доклада комиссара по водно-ловецким делам. Астрахань, 1918. С. 34.
[9] Известия Астраханского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. 1918. 24 мая.
[10] Астраханское рыболовство. 1918. № 7. С. 44.
[11] Известия Астраханского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. 1918. 9 июня.
[12] ГААО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 73. Л. 13.
[13] Виноградов С.В. НЭП: опыт создания многоукладной экономики. М., 1996. С. 21.
[14] ГААО. Ф. 113. Оп. 1. Д. 12. Л. 5–32.
[15] Там же. Ф. 1379. Оп. 1. Д. 239. Л. 5, 24–31, 72.
[16] Астраханское рыболовство. 1918. № 8. С. 21–40.
[17] Наш край. 1924. № 1. С. 32.
[18] ГААО. Ф. 1379. Оп. 1. Д. 918. Л. 77–99.
[19] Там же. Л. 1–9.
[20] Нижнее Поволжье. 1927. № 10. С. 44.
[21] РГАЭ. Ф. 764. Оп. 1. Д. 62. Л. 36–36 а.
[22] Там же. Д. 12. Л. 11.
61
 
 
ПУБЛИКАЦИЯ: Мамаева С.В. Национализация рыбной промышленности в нижневолжском крае в годы военного коммунизма (1918-1920 гг.) // Гуманитарные исследования, № 2. Астрахань, 2005. С. 58-61.
 
 
Поделиться:
Обсудить в форуме
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.

Публикации

Тихий М.И. Рыбы из палеолита Крыма
  Среди многочисленных находок палеоэтнолога Г. А. Бонч-Осмоловского в пещерах Крыма обращает на... Читать далее...

Публикации

Половинкин И.В. Рыбный промысел на Череменецком озере
  Череменецкое озеро исстари считалось одним из замечательных озер Лужского края... Читать далее...

Публикации

Адалова З.Д. Развитие рыбопромышленности Дагестана в конце XIX - начале XX вв.
  В статье говориться об истории становления и развития рыбного промысла... Читать дальее...
Вы находитесь здесь: