gototop

Новые статьи

1830 г. Мнение Сената о рыбных ловлях на реке Волге
  3447. — Генваря 27. Высочайше утвержденное мнение Государственнаго Сената. — О рыбных ловлях на реке Волге.   Государственный Совет в Департаменте Государственной Экономии и... Читать далее...
Куманцов М.И., Райков В.С. Болгарское рыболовство в эпоху греко-римской колонизации (VII в. до н.э. — V в. н.э.)
Рис. 1. Черноморское побережье Болгарии 7 Греческая колонизация болгарского побережья, как и северопричерноморских берегов, начала осуществляться с VII в. до н.э. Возникновение на западном... Читать далее...
Крайнов Д.А. Рыболовство у неолитических племен Верхнего Поволжья
Территория Верхнего Поволжья находится в центре Русской равнины, в лесной полосе европейской части СССР. С запада на восток эту территорию... Читать далее...

Кауфман Ю.Б. Развитие рыболовного промысла в Кузнецком уезде на рубеже XVII - XVIII вв.

 Развитие рыболовного промысла на Руси по материалам археологических источников было рассмотрено в одном из томов «Археологии СССР»[1]. Развитие рыболовного промысла у русских в Сибири в той или иной степени также рассматривалось в работах историков, этнографов и археологов. Например, в 5-томной «Истории Сибири» отражена важность рыбы как продукта питания жителей Сибири, особенно в бесхлебных районах. Здесь охарактеризованы и организация промысла, способы лова, виды снастей, объемы добычи в зависимости от целей рыболовов (ловля для себя или на продажу), а также видов и количества обитающей рыбы[2]. Но специальных работ по развитию рыболовного промысла у русских в Сибири очень немного. Чаще этот промысел рассматривается вместе с другими, а также с торговлей, так как для большинства историков основным источником по данной теме служат таможенные книги сибирских городов[3]. Более разнообразные источники привлекал О.Н. Вилков, характеризуя рыболовный промысел на Иртыше и Тоболе[4].
Археологи, изучающие русские памятники Сибири XVII-XVIII вв., как правило, просто дают характеристику обнаруженному при раскопках материалу, связанному с рыболовством (детали снастей, лодок, чешуя и кости рыб), сопоставляя его с аналогичными находками из других мест, иногда привлекая данные этнографии конкретного региона, а также результаты исследований ихтиофауны соответствующих рек[5]. Но при этом архивные источники археологи, к сожалению, практически не используют.
32
В целом среди современных работ по теме просматривается следующая закономерность: историки рассматривают письменные источники без учета археологии, а археологи не используют письменные источники. Это уменьшает информативную ценность тех и других источников, которые должны дополнять друг друга. Для преодоления этой недоработки необходимо расширять круг и виды рассматриваемых источников и комбинировать их в исследовании. Правда, нельзя сказать, что работ по истории Сибири, где письменные и археологические источники дополняли бы друг друга, не было вообще. Примером может служить исследование Мангазеи[6]. Попытки синтеза источников предпринимались и при изучении Кузнецкого острога[7].
Степень изученности развития рыболовного промысла в Кузнецке и его уезде в XVII-XVIII вв. следует назвать неполной и отрывочной. Не выявлены особенности рыболовства на отдельных этапах этого хронологического отрезка. Еще не проанализированы все доступные письменные источники, например сохранившиеся таможенные книги, книги десятой деньги, описные книги рыбных ловель, текущая переписка между воеводами и приказчиками.
Желая восполнить некоторые белые пятна в истории развития рыболовства в Кузнецком уезде, мы рассмотрим все имеющиеся в нашем распоряжении источники вт. пол. XVII- нач. XVIII вв. и попытаемся их сопоставить. В данном исследовании мы используем не только письменные, но и некоторые археологические источники.
Часть письменных источников опубликована — это таможенная книга Кузнецка 1697/98 гг. и ряд других таможенных книг сибирских городов[8]. К неопубликованным относятся: Описная книга рыбных ловель Кузнецкого уезда[9], Пелымского уезда[10], Красноярского уезда[11] 1705 г; Книги десятой деньги Кузнецка 1702, 1704,1705 гг.[12], Таможенная книга Кузнецка 1696/97 гг.[13]
Описные книги рыбных ловель появились после выхода в 1704 г. указа Петра I об учете лиц и хозяйств, занимавшихся ловлей рыбы, их угодий и снастей, так как рыба стала не только важным источником пищи, но и существенным источником дохода. Описная книга рыбных ловель Кузнецкого уезда 1705 г. дает сведения о местах рыболовного промысла на pp. Томи и Кондоме в Кузнецком уезде, видах снастей, способах ловли, стоимости рыболовного инвентаря, ассортименте улова, а также категориях населения, занимавшихся рыболовством. Аналогичные книги
33
Пелымского и Красноярского уездов дают ту же информацию по своим территориям и позволяют обнаружить сходства и различия в развитии рыболовства.
Таможенные книги сибирских городов предоставляют данные о видах и стоимости рыболовных снастей и полуфабрикатов для их изготовления. Таможенные книги Томска и Кузнецка дают представление об объемах поставки и продажи рыбы из Томска в Кузнецк и местной рыбы в Кузнецке.
Книги десятой деньги Кузнецка дают информацию о людях, обложенных десятой пошлиной с рыбных ловель, сумме обложения, некоторых снастях.
Археологические источники, используемые нами — это материалы раскопок Кузнецкого острога, часть из которых уже опубликована[14]. Вообще, рыболовные орудия подразделяются на несколько групп: колющие (стрелы, остроги), крючные (крючки для уд и самоловов), сети и их принадлежности (сеть, невод, плетеные ловушки, грузила, поплавки), запорные системы. В ходе раскопок были найдены рыболовные крючки, наконечники стрелы для лучения рыбы, галечные и керамические грузила для сетей.
Следует отметить, что к XVII-XVIII вв. способы и орудия лова у русских не так существенно изменились по сравнению с предшествующим периодом, но в Сибири появилась определенная местная специфика. Так, глиняные грузила для сетей пришли в Притомье вместе с русским населением с Европейского Севера и севера Сибири — там дно рек илисто-песчаное. Но горные реки, такие как Томь, имеют каменистое дно и быстрое течение. В таких условиях глиняные грузила быстро выходили из строя и уступили место галечным, используемым местным населением. Судя по материалам таможенных книг сибирских городов, в продаже были широко представлены сети, невода, бредники как в готовом виде, так и в виде полуфабрикатов для их изготовления[15]. В Кузнецке было найдено галечное грузило в берестяном кульке, подобные использовались на Руси для крупных сетей[16]. Кроме сетей рыбу добывали удой и охотничьим луком[17], стреляя стрелами со специальными однотипными наконечниками.
Рыболовные крючки, найденные на территории Кузнецкого острога, в основном крупные, с толстым или тонким цевьем. У одного экземпляра цевье имеет петельку для крепления лесы[18], у остальных кончик цевья расклепан лопаточкой[19]. Большинство крючков на жале имеют острый зубец (бородку). Все изготовлены из железа. Сравнивая внешние характеристики рыболовных крючков с материалами таможенных книг сибирских городов, можно предположить, что крупные крючки — это «уды стерляжьи» и «уды осетровые»[20], а маленький крючок — это «уда малая», «мелкая» или «чебачная»[21]. Крупные крючки с лопаточкой или петлей на конце цевья для крепления лесы — это глоточные крючки для ловли крупной рыбы на живца[22] и (или) в самоловных приспособлениях. Крупных крючков было гораздо
34
больше, чем мелких, так как использовались чаще. Мелкие крючки применялись при ловле на удочку, что считалось детской забавой[23].
Многие из археологических объектов Кузнецка имеют в мусорных слоях рыбью чешую и кости, часто встречаются панцирные бляшки осетровых рыб[24]. Мог ли в окрестностях Кузнецка производиться лов крупной рыбы? Для ответа на этот вопрос необходимо привлечь соответствующие письменные источники и установить факты продажи крупной рыбы, а также где она была выловлена.
Таможенная книга Томска за 1671/72 гг. зафиксировала случаи приезда в Томск из Кузнецка для покупки рыбы (кузнецкий таможенный подьячий Б. Сорокин купил соленых осетров и сырков на сумму 2 рубля 30 алтын)[25] и случаи отъезда из Томска в Кузнецк для продажи «томской» рыбы (лалетин торговый человек И. Кузнецов вез соленых осетров, нельм и сырков на сумму 15 рублей[26], томский посадский И. Вавилов вез 7 соленых муксунов, 500 сырков, тоже на 15 рублей[27], устюжанин торговый человек И. Ковриженской купил в Кузнецке на деньги от проданной рыбы мягкую рухлядь)[28]. Жители Томска имели рыбные тони, на Оби и нижней Томи, там работали рыболовные артели и крупная рыба была важным объектом вывоза[29]. Вывоз рыбы в Кузнецк из Томска отмечен и в предыдущие и в последующие годы. Зафиксированы ли в таможенных книгах Кузнецка случаи продажи «кузнецкой» рыбы?
Таможенная книга Кузнецка 1697/98 гг. зафиксировала 11 явок крупной «томской» рыбы — осетры, нельмы, язи, сырки[30], но продажи «кузнецкой» рыбы не было. В таможенной книге за предыдущий, 1696/97 гг., зафиксировано 4 явки «томской» рыбы[31] и 3 явки рыбы кузнецкого улова на сумму 1,5 рубля[32] и 8 гривен[33]. В третьем случае стоимость и место лова не указаны, однако отмечен вид рыбы (муксун)[34]. То, что рыба была явлена кузнецкими казачьими детьми и пошлина с нее впервые взята в Кузнецке, может служит косвенным подтверждением местного происхождения рыбы. Муксун — довольно крупная рыба[35], следовательно, учитывая размер партии (100 штук), вышеупомянутые казачьи дети должны были уплатить десятую деньгу с промысла, но мы пока не располагаем книгой десятой деньги за 1696/97 гг.
В кузнецкой книге десятой деньги за 1702 г. записано 8 рыболовов, обложенных десятой пошлиной со своего промысла. Среди них 7 казачьих детей и 1 гулящий человек. Сумма, с которой производилось обложение, составила от 7 гривен до 2 рублей с полтиной[36]. Книги десятой деньги за 1704 и 1705 гг. фикси-
35
руют 24 рыболова каждая, данные практически одинаковы[37]. По социальному составу это 5 казачьих детей, 6 пеших казаков, 5 конных казаков, десятник пешей службы, 2 десятника конной службы, пятидесятник пеших казаков, 2 сына боярских, подгородний татарин и старец Макарий из Христорождественской пустыни. Сумма обложения от гривны до 2 рублей. Отличия у источников следующие: книга 1705 г. указывает, что люди обложены «с рыбных ловель и пожитков», а в книге 1704 г. кроме этого указаны и некоторые снасти. Получается, что в последнем случае люди обложены пошлиной со снастей. Обложение пошлиной со снастей вполне понятно — снасть в некоторой степени определяет объем ловли и ассортимент улова. В книге 1704 г. зафиксировано 14 неводов, 1 сеть-режевка, и 6 «морд» (у одного владельца), в 8 случаях вид снастей не указан.
Основной источник по развитию рыболовства в Кузнецке в начале XVIII в. — это книга Описная рыбных ловель Кузнецка за 1705 г.[38] Книга состоит из двух частей: первая содержит перечисление снастей, лодок и их владельцев, а вторая — данные под клятвой «сказки» лиц, занимавшихся рыбной ловлей с подтверждением количества, размера и стоимости снастей, лодок, а также о местах промысла и ассортименте улова. Во всех случаях указано, что ловля ведется безоброчно, для своих нужд, не на продажу, а лодка и снасти в наем не сдаются. Переписи рыбных ловель осуществлялись в феврале, марте и апреле 1705 г. Этот источник целесообразно рассматривать совместно с аналогичными книгами Пелымского и Красноярского уезда.
Книга Описная зафиксировала 61 жителя Кузнецка и уезда, занимавшихся рыбной ловлей. Среди них большинство — служилые люди, включая верхушку гарнизона (детей боярских, пятидесятников и десятников). Зафиксированы и представители коренного населения — служилые татары Шибиекова улуса. Кроме служилых людей занятие рыболовством подтвердили трое пашенных крестьян, поп церкви Святого Пророка Илии Иван Зиновьев, старец Христорождественской пустыни Макарий и его братия. В Красноярском уезде абсолютно все зафиксированные в Описной книге рыболовы являлись служилыми людьми и казачьими детьми[39], однако верхушка Красноярского гарнизона, в отличие от кузнецкой, рыбной ловлей не занималась[40]. В Пелымском уезде рыболовством занимались в равной степени и служилые люди и пашенные крестьяне[41].
У большинства кузнецких рыболовов основным орудием лова являлся «частик» (мелкоячеистый невод, для ловли некрупной рыбы) с веревками в общем владении («вопче») 2-5 человек, причем некоторые из них имели и дополнительное орудие лова — сезонный запор с «мордами». Неводчики имели также в общем владении лодку (одну на каждый невод). Двое рыболовов владели снастями в одиночку — один сетью-режевкой (двух- или трехстенная плавная сеть), другой летним запором с «мордами». Большинство рыбных ловель Пелымского уезда были в больших езовых запорах 30-40 сажен в длину, реже ловили при помощи «лоушек» и котцов в запорах, еще реже неводами и бредниками[42]. В Красноярском уезде больших, стационарных езовых запоров и котцов не было — быстрые речки в половодье легко их разрушат. Запоры там были сезонные, небольшие, на малых ре-
36
ках, протоках — около 10 сажен длиной[43], как и в Кузнецком уезде. Большинство рыболовов использовали невода[44].
Рыбной ловлей была охвачена акватория р. Томи выше Кузнецка (от устья р. Абашеевой) и ниже (до устья р. Ускат), а также по р. Кондоме (от ее устья до д. Ефремовой). В улове встречались мелкие щуки, окуни, плотва, хариусы, ельцы, ерши, а при ловле при помощи «морд» — налимы.
Ловля неводом в Кузнецком уезде осуществлялась летом и осенью — «непомногое время»[45]. Неводный лов начинался с появлением «песков» на реке, продолжался он до появления льда[46]. Длина неводов колебалась от 11 до 55 сажен, высота 1,5-2 сажени. При помощи веревок длиной 10-30 сажен невод вели за лодкой длиной 2-3 сажени. На промысел выезжали по 2-3 человека.
Ловля в Пелымском уезде в основном шла осенью и зимой, пока «вода в реке не затхнетца»[47]. Ловили язей, щук, налимов, сорог, ершей — в среднем по 8-10 пудов. Красной рыбы, по словам промысловиков, в улове не бывало. В Красноярском уезде ловили летом, осенью и зимой некрупную рыбу (ельцов, хариусов, пескарей). Существовали там специализированные рыболовы — они ловили стерлядь (некоторые даже организовывали походы за ней в «немирную киргизскую землицу»[48]) . Промысел в Красноярском уезде осуществлялся небольшими, по 5-10 сажен длиной, «частыми» неводами, сделанные рыболовами из своего материала (пеньковые)[49]. Большими неводами на Енисее ловить было нельзя — река с острыми камнями ча дне и очень быстрая[50]. На Томи невода были подлиннее, следовательно, здесь ловили в более спокойных местах.
Стоимость лодки и снастей была сообщена владельцами только в Кузнецком уезде, следовательно, снасти были куплены, а не изготовлены самостоятельно. Красноярцы свидетельствуют, что не знают стоимости, так как снасти делают сами. Лодка кузнечан стоила от 5 до 30 алтын, цена зависела от ее размера и качества. Невод стоил от 10 алтын до 1 рубля, сеть режевка — 6 алтын 4 денги, а «морда» — 5-6 денег.
Запоры с «мордами» в Кузнецком уезде стояли на Томи и в устье Кондомы и были сезонными. Весенний запор длиной 10 сажен ставили при впадении р. Кондомы в р. Томь — «в сору на роздоре»[51]. «Сора» — это обширные надлуговые пространства, образуемые разлившейся в половодье рекой. По большой воде рыбу там ловили сетями, а когда вода шла на убыль — различными заграждениями и ловушками. Зимние запоры обычно сооружались в местах впадения ручейков и ключей — там был тонкий лед и свежая вода, а значит, много рыбы[52]. Зимние запоры с «мордами» на р. Томи были длиной 3 и 10 сажен[53]. Летний запор длиной 7 сажен с шестью «мордами» стоял поперек протоки реки Томи перед д. Митиной. Промысел здесь был возможен в полую воду. Размер «морд» в запорах был в основном 1,5 аршина на 3 четверти. Сетью-режевкой длиной 10 сажен сын боярский
37
Андрей Есмонтов ловил на р. Томи плотву и ельцов[54].
В Кузнецком уезде, в отличие от Красноярского и Пелымского уездов, на начало XVIII в. не зафиксировано оброчных рыбных ловель. В Пелымском же уезде таковыми были все ловли, а в Красноярском — незначительное число.
В Пелымском уезде рыболовы занимали угодья коренного населения — владели ими «по вагулским закладным крепостям» либо делили с ними пополам. Красноярские и кузнецкие промысловики занимали свободные места для ловли, коренное население имело свои угодья — около своих юрт[55].
Большее сходство с кузнецким рыболовным промыслом имеет красноярский, чему способствовали природные и исторические условия.
Исходя из материалов письменных источников, слои чешуи и кости крупной рыбы в объектах Кузнецкого острога — это остатки в основном купленной на рынке «томской» рыбы. Однако находки крупных крючков — это важная улика в пользу существования лова крупной рыбы и в Кузнецке.
Рыбная ловля в Кузнецком уезде осуществлялась практически круглый год. Жители могли ставить самоловные снасти и зимой — под лед. Летом ловили и на уду, поздней осенью били острогами и лучили. Но эти уловы были не промышленных масштабов, как в Томске. Рыбная ловля являлась дополнительным источником продовольствия и, в меньшей степени, дополнительным источником дохода. Это подтверждается ассортиментом улова, способами ловли, а также материалами таможенных книг и книг десятой деньги. Размеры пошлин небольшие. По стоимости несколько зафиксированных явок местной рыбы не идут ни в какое сравнение с партиями томской соленой рыбы. Профессиональных рыболовных артелей в Кузнецком уезде не существовало. Раз рыба не шла в продажу, то в таможенных книгах она не зафиксирована. Десятой деньгой облагали с промысла, с таких снастей, как невод, сеть, «морда». Крючные снасти, видимо, не учитывали. Хотя оброчных рыбных ловель в Кузнецком уезде в начале XVIII в. не было, однако участки, где обычно ловили те или иные люди, все-таки были устно поделены. На кузнецком рынке могла осуществляться и торговля снастями и полуфабрикатами, но таможенные книги дают пока мало подобной информации по нашему региону.
Итак, основными орудиями лова в Кузнецком уезде в начале XVIII в. были невода, сети-режевки и небольшие сезонные запорные приспособления с плетеными ловушками-«мордами». В улове встречалась некрупная рыба. Ловлей рыбы занимались разные группы населения, но в документах в основном отложились сведения о служилых людях и казачьих детях.
Ассортимент улова и «сказки» об отсутствии крупной (или красной) рыбы в уловах рыболовов, которые мы видим во всех трех рассмотренных книгах рыбных ловель, может наводить на мысли о сокрытиях. В частности, находки крупных крючков в Кузнецке говорят о наличии промысла крупной рыбы. Нельзя исключить и случайное попадание крупной рыбы в невод или сеть. То есть рыба была, но это скрывали от государства, употребляя стерлядь, сырка, муксуна, а может, и осетра или тайменя для пропитания собственной семьи.
Обозначились и прочие вопросы, на которые предстоит ответить. Например: при сравнении книги десятой деньги за 1705 г. и книги Описной рыбных ловель за 1705 г. выяснилось, что некоторые лица, обложенные десятой деньгой с рыбных ловель, не зафиксированы в книге Описной, а почти две трети записанных в книге Описной не обложены десятой деньгой. Необходимо дальнейшее введение в научный оборот таможенных книг и книг десятой деньги. На основе новых источников
38
ждут подробного исследования и другие периоды в развитии рыболовного промысла в Кузнецке.

ЛИТЕРАТУРА:
Артемьев А.Р. Охота и рыболовство русского населения в Забайкалье и При­амурье во 2 пол. XVII-XVIII вв. // Культура русских в археологических исследо­ваниях. Омск, 2002. С. 29-33.
Белов М.И., Овсянников О.В., Старков В.Ф. Мангазея. М., 1980. Ч. 1; 1981. Ч. 2.
Бояршинова З.Я., Громыко М.М. Сельское хозяйство и промыслы. Кресть­янство // История Сибири с древнейших времен до наших дней. В 5 тт. Л., 1968. Гл. 5, разд. 2. С. 198-227.
Визгалов Г.П. Хозяйство и занятия посадского населения Мангазеи (по мате­риалам раскопок 2001-2004 гг.) // Культура русских в археологических исследо­ваниях. Омск, 2005. С. 97-105.
Вилков О.Н. Ремесло и торговля Западной Сибири в XVII в. М., 1967.
Каменецкий И.П. Кузнецк и его торговля в XVII в. // Таможенные книги сибирских городов XVII в. Вып. 2. Туринск, Кузнецк, Томск. Новосибирск, 1999. С. 57-66.
Кауфман А.О. Ремесло и торговля Кузнецка // Кузнецкая старина. Ново­кузнецк, 1994. Вып. 2. С. 47-61.
Кимеева Т.И. Традиции рыболовства в Притомье (кон. XIX- нач. XX вв.) // Аборигены и русские старожилы в Притомье. Кемерово, 2002. С. 124-132.
Люцидарская А.А. Рыночные отношения как составляющая системы жизне­обеспечения населения региона (по материалам томских таможенных книг XVII в.) // Таможенные книги сибирских городов XVII в. Вып.6. Томск, Нарым, Бере-зов. Новосибирск, 2004. С. 9-19.
Мазуров А.Б., Цепкий Е.А. Рыболовный промысел в XII-XVIII вв. (по дан­ным раскопок в Коломне) Ц РА. 2003. №4. С. 129-138.
Скобелев С.Г. Развитие хозяйства местного населения среднего Енисея и То­ми в XVII в. // Кузнецкая старина. Новокузнецк, 1994. Вып. 2. С. 34-46.
Скобелев С.Г. Саянский острог как памятник археологии // Культура рус­ских в археологических исследованиях. Омск, 2002. С. 137-149.
Чернецов А.В., Куза А.В., Кирьянова Н.А. Земледелие и промыслы // Древняя Русь. Город, замок, село / Археология СССР. В 20 тт. М, 1985. Гл. 5. С. 219-242.
Ширин Ю.В. Археологическое изучение Кузнецкого острога // Разыскания. Кемерово, 1990. Вып. 1. С. 91-96.
Шунков В.И. Земледелие, промыслы // История Сибири с древнейших вре­мен до наших дней. В 5 тт. Л., 1968. Т. 2. Гл. 2, разд. 2. С. 61-80.
39
Примечания:


[1] Чернецов А.В. и др. Земледелие и промыслы // Древняя Русь. Город, замок, село / Археология СССР. М, 1985. Гл. 5. С. 226-231.
[2] Шунков В.И. Земледелие, промыслы // История Сибири с древнейших времен до наших дней. В 5 тт. Л., 1968. Т. 2. Гл. 2, разд. 2. С. 78-79; Бояршинова З.Я., Громыко М.М. Сельское хозяйство и промыслы // Там же. Гл. 5, разд. 2. С. 214-215.
[3] Каменецкий И.П. Кузнецк и его торговля в XVII в. // Таможенные книги сибирских городов XVIIв. Вып. 2. Туринск, Кузнецк, Томск. Новосибирск, 1999. С. 57-66; Люци-дарская А.А. Рыночные отношения как составляющая системы жизнеобеспечения населения региона (по материалам томских таможенных книг XVII в.) // Таможенные книги сибирских городов XVII в. Вып. 6. Томск, Нарым, Березов. Новосибирск, 2004. С. 9-19.
[4] Вилков О.Н. Ремесло и торговля Западной Сибири в XVII в. М., 1967. С. 304.
[5] Ширин Ю.В. Археологическое изучение Кузнецкого острога // Разыскания. Кемерово, 1990. Вып. 1. С. 91-96; Скобелев С.Г. Развитие хозяйства местного населения среднего Енисея и Томи в XVII в. // Кузнецкая старина. Новокузнецк, 1994. Вып. 2. С. 34-46; Скобелев С.Г. Саянский острог как памятник археологии // Культура русских в археологических исследованиях. Омск, 2002. С. 137-149, Артемьев А.Р. Охота и рыболовство русского населения в Забайкалье и Приамурье во 2 пол. XVII-XVIII вв. // Там же. С. 29-33; Визгалов Г.П. Хозяйство и занятия посадского населения Мангазеи (по материалам раскопок 2001-2004 гг.) // Культура русских в археологических исследованиях. Омск,    2005. С. 97-105.
[6] Белов М.И. и др. Мангазея. М., 1980. Ч. 1; 1981. Ч. 2.
[7] Кауфман А.О. Ремесло и торговля Кузнецка // Кузнецкая старина. Новокузнецк, 1994. Вып.2.С.47-61.
[8] Таможенная книга Кузнецка 1697/98 гг. // Таможенные книги сибирских городов XVII в. Вып.2. Туринск, Кузнецк, Томск. Новосибирск, 1999. С. 67-84.
[9] 1705 г. Книга великого государя Описная рыбным ловлям Кузнецкого города и уезда при воеводе Б.А. Синявине // РГАДА Ф- 214. Оп. 1. Кн. 1403. Лл. 408-421.
[10] [1705 г. Книга Описная рыбным ловлям Пелыма и Пелымского уезда при воеводе Иване Албычеве] // РГАДА- Ф- 214. Оп. 1. Кн. 1403. Лл. 422-448.
[11] [1705 г. Книга Описная рыбным ловлям Красноярска и Красноярского уезда при воеводе Иване Савиче Мусине-Пушкине] // РГАДА- Ф- 214. Оп. 1. Кн. 1403. Лл. 449-459.
[12] Книга десятой денги 1702 году [Кузнецк] // РГАДА- Ф- 214. Оп. 1. Кн. 1352. Лл. 149-152об.; Книга десятой денги Кузнецка на прошлой 1704 год // Там же. Кн. 1425. Лл. 219об. -227об.; 1705 г. Книга великого государя десятой денги // Там же. Лл. 211 об.-217.
[13] РГАДА- Ф- 214. Оп. 1. Кн. 1125. Лл. 1-46.
[14] Ширин Ю.В. Археологическое изучение...; Кауфман А.О. Ремесло...
[15] Таможенная книга Верхотурья 1673/74 гг. // Таможенные книги сибирских городов XVII в. Вып.З. Верхотурье, Красноярск. Новосибирск, 2000. С. 95, 97, 98,100.
[16] Чернецов А.В. и др. Земледелие и промыслы. С. 229.
[17] Вилков О.Н. Ремесло и торговля.. .С. 304.
[18] Ширин Ю.В. Археологическое изучение... Рис. 2,15.
[19] Кауфман А.О. Ремесло... Рис. 1,1.
[20] Таможенная книга Тобольска 1672/73 гг. // Таможенные книги сибирских городов XVII в. Вып. 5. Тобольск, Кетск. Новосибирск, 2003. С. 102.
[21] Таможенная книга Верхотурья 1673/74 гг. С. 63.
[22] Мазуров А.Б., Цепкин ЕА. Рыболовный промысел в XII-XVIII вв. (по данным раскопок в Коломне) // РА. 2003. №4. С. 129.
[23] Кимеева Т.И. Традиции рыболовства в Притомье (конец XIX- начало XX вв.) // Аборигены и русские старожилы в Притомье. Кемерово, 2002. С. 128.
[24] Кауфман А.О. Ремесло... С. 50.
[25] Таможенная книга Томска 1671/72 гг. // Таможенные книги сибирских городов XVII в. Вып. 6. Томск, Нарым, Березов. Новосибирск, 2004. С. 22.
[26] Таможенная книга Томска 1671/72 гг. С. 21.
[27] Таможенная книга Томска 1671/72 гг. С. 27.
[28] Таможенная книга Томска 1671/72 гг. С. 29.
[29] Люцидарская А.А. Рыночные отношения... С. 16.
[30] Таможенная книга Кузнецка 1697/98 гг. С. 67-84.
[31] Таможенная книга Кузнецка 1697/98 гг. Л. 4,13,14.
[32] Таможенная книга Кузнецка 1697/98 гг. Л. Зоб.
[33] Таможенная книга Кузнецка 1697/98 гг. Л. Поб.
[34] Таможенная книга Кузнецка 1697/98 гг. Л. 13об.
[35] Рыба семейства сиговых, средний размер — 45 см, средний вес — 1,5 кг.
[36] Книга десятой денги Кузнецка 1702 г. Лл. 149об. -152 об.
[37] Книга десятой денги Кузнецка 1704 г. Лл. 218-227об.; Книга десятой денги Кузнецка 1705 г. Лл. 211об. -217.
[38] Книга описная рыбных ловель Кузнецка 1705 г. Лл. 408-421.
[39] Книга описная ... Красноярска... Лл. 449-459.
[40] [1705 г. Книга Описная рыбным ловлям Красноярска]. Л. 457.
[41] Книга описная ... Пелыма... Лл. 422-448.
[42] Книга описная ... Пелыма... Лл. 422-448.
[43] [1705 г. Книга Описная рыбным ловлям Красноярска]. Л. 450об.
[44] Книга описная ... Красноярска... Лл. 449-459.
[45] Книга описная рыбных ловель Кузнецка 1705 г. Лл. 412-421.
[46] Вилков О.Н. Ремесло и торговля... С. 304.
[47] [1705 г. Книга Описная рыбным ловлям Пелыма ]. Л.424.
[48][1705 г. Книга Описная рыбным ловлям Красноярска]. Л. 454.
[49] [1705 г. Книга Описная рыбным ловлям Красноярска]. Л. 451об.   
[50] [1705 г. Книга Описная рыбным ловлям Красноярска]. Л. 451.
[51] Книга описная рыбных ловель Кузнецка 1705 г. Л. 413.
[52] Вилков О.Н. Ремесло и торговля... С. 304.
[53] Книга описная рыбных ловель Кузнецка 1705 г. Л. 418, 419об. 
[54] Книга описная рыбных ловель Кузнецка 1705 г. Лл. 409, 412об.  
[55] Книга описная рыбных ловель Кузнецка 1705 г. Л. 417.


ПУБЛИКАЦИЯ: Кауфман Ю.Б. Развитие рыболовного промысла в Кузнецком уезде на рубеже XVII-XVIII вв. // Кузнецкая старина, вып. 9. Новокузнецк, 2007.  С. 32-40.

Поделиться:
Обсудить в форуме
Необходимо авторизоваться или зарегистрироваться для участия в дискуссии.

Публикации

Ляшкевич Э. А. Рыболовство в средневековом Гродно (по материалам раскопок Старого замка)
Города Понеманья занимают особое место в ис­тории древнего рыболовства Беларуси.... Читать далее...

Публикации

Световидов А.Н. К истории ихтиофауны р. Дона
Остатки рыбьих костей, часто находимые вместе с другими остатками при... Читать далее...

Публикации

Вилькуна К. Этнографическое изучение промысла лосося в Финляндии
В истории всего севера и в особенности в истории Финляндии... Читать далее...

Публикации

Адалова З.Д. Развитие рыбопромышленности Дагестана в конце XIX - начале XX вв.
  В статье говориться об истории становления и развития рыбного промысла... Читать дальее...
Вы находитесь здесь: